taras shambaТарас Шамба, доктор юридических наук

4 апреля 2019 года я опубликовал на сайте агентства «Абхазия-Информ» свою статью «Несколько слов о сегодняшнем положении в Абхазии и предстоящих президентских выборах». В ней я высказал свое мнение как о сложившейся к тому моменту политической ситуации в стране, так и свое видение проблем и задач, стоящих перед Абхазией.

Опубликовав эту статью, я вовсе не хотел возвращаться к теме предстоящих президентских выборов. Мне казалось, что при всей сложности и неоднозначности ситуации, дальнейшие события вполне предсказуемы, а фавориты президентской гонки определены.

 

Однако в середине апреля произошло событие, которое буквально взорвало ситуацию. Тяжело заболели главный оппонент нынешней власти Аслан Бжания и два его охранника. У власти и оппозиции появились и диаметрально противоположные версии причины заболевания лидера оппозиции и его сотрудников. Я имею по этому поводу свое мнение, но опять-таки не буду его высказывать. Во-первых, потому что не хочу становиться на чью-либо сторону, и осложнять предвыборную обстановку. Во-вторых, каков бы ни был генезис этой болезни, она стала катализатором крупнейшего политического кризиса за последние несколько лет. И все последствия этого кризиса еще далеко не преодолены.

Каждый день общаясь со своими земляками, следя за событиями на Родине через СМИ и социальные сети, я начинаю замечать, что ситуация с болезнью Аслана Бжания породила у значительной части нашего общества неверие в предстоящие выборы и в сам институт выборной смены власти. Мол, все уже решено, и в отсутствии Бжания действующая власть сохранится.

Еще один тревожный симптом – это наличие такого числа кандидатов, которое превосходит количество претендентов всех президентских выборов в Абхазии, начиная с 2004 года.

Таким образом, возникают, по меньшей мере, две угрозы предстоящим выборам.

Во-первых, что разочарованные люди «проголосуют ногами». То есть, попросту не придут к избирательным урнам.

Во-вторых, что многочисленные кандидаты буквально разорвут как оппозиционный, так и провластный электорат. А значит, ни один из победивших кандидатов – как провластный, так и оппозиционный – попросту не будет иметь убедительной победы.

Такое сочетание факторов – низкая явка, отсутствие убедительного результата у выигравшего кандидата – прямой путь к политическому кризису. Совершенно очевидно, что в такой ситуации у любой проигравшей стороны возникает соблазн не признать результаты выборов. А далее - сценарий развития событий может быть каким угодно. В лучшем случае мы будем иметь дело с президентом с сомнительной легитимностью и «отложенной революцией». В худшем – гражданское противостояние начнется сразу же в ночь после выборов.

В своей статье от 4 апреля я предлагал будущим участникам выборного процесса: а) договориться о цивилизованных правилах борьбы; б) принять решение о цивилизованном разрешении споров. Боюсь, что в нынешней ситуации эти меры «необходимы, но недостаточны».

Мы должны в короткий срок выработать такие правила игры, которые бы привели к отсутствию проигравших в результате этих президентских выборов. Кому-то мои рассуждения покажутся утопичными или даже фантастическими. Однако, как показывает исторический опыт, в кризисных ситуациях самые фантастические сценарии вдруг оказываются спасительными.

Итак, во-первых (повторюсь еще раз!), необходимо, чтобы основные участники договорились о цивилизованных формах борьбы.

Во-вторых, необходимо, чтобы они также договорились о том, что вне зависимости от того, кто победит на этих выборах будет сформировано коалиционное правительство.

В-третьих, нужно, чтобы стороны договорились о том, чтобы коалиционное правительство было не просто сформировано, а сформировано по принципу профессионалов из разных лагерей.

В-четвертых, необходимо, чтобы любой победитель начал сразу после выборов диалог со своими оппонентами о политической реформе.

По моему мнению, без реальной политической реформы Абхазия не сможет выбраться из почти перманентного политического кризиса. Не хочу никого персонально критиковать, но спешу напомнить, что действующее руководство пришло к власти не просто под лозунгом перемен, а конкретно политической реформы. Была даже создана специальная государственная комиссия при Президенте РА.

Однако за пять минувших лет мы не продвинулись ни на йоту в данном направлении. Более того, почему-то не были обсуждены на государственном уровне предлагавшиеся политиками и общественными деятелями проекты политической реформы. Власть фактически никак не отреагировала на инициативы депутатов парламента прошлого созыва по реформе формирования парламента.

Говорю все это вовсе не для того, чтобы кого-то в чем-то обвинять. Говорю это для того, чтобы все мы поняли, какое время мы упустили и начали исправлять ошибки.

Абхазия - маленькое, но сложно устроенное общество, в котором тесно переплетены фамильно-родственные, соседские, межэтнические и прочие факторы. В таком обществе концентрация власти в одних руках возможна лишь только в критические моменты военной опасности. В ситуации стабильности и мирного государственного строительства такое положение вещей не просто вредно, но и реально представляет собой опасность.

Ведь человек, которому закон предоставляет полномочия, которые предусмотрены нынешней абхазской Конституция главе государства, должен быть свободен от всех соблазнов. Иначе - велик риск узурпации этой власти, может быть, не столько ее носителем, сколько его окружением.

Считал и считаю, что для проведения полноценной политической реформы необходимо:

- перераспределить полномочия от президента к кабинету министров и парламенту;

- реформировать парламент в том ключе, чтобы превратить его в полноценный и ответственный орган представительной власти (в первую очередь, ввести смешанную систему, когда часть депутатов избирается по партийным списками);

- сделать судебную систему реальным арбитром между главой государства в лице президента, кабинетом министров, как верхушкой исполнительной власти, и парламентом. как властью законодательной.

Мои критики скажут мне, что переход к усилению правительства и парламента может привести к отрицательным последствиям, как это произошло в 2017-2018 годах в Армении. Однако следует заметить, что в Армении переход к парламентской модели был обусловлен не потребностями армянского государства и общества, а как способ сохранения власти одного человека - Сержа Саргсяна. Более того, тот политический режим, который установился в Армении при двух последних премьерах (одним - бывшим, другим - действующим), трудно назвать чисто парламентской республикой. Скорее, его можно назвать супер-премьерской республикой.

Хотелось бы сказать и еще об одном обстоятельстве. Нынешние президентские выборы - это еще один экзамен на зрелость нашей государственности. И от того, как мы его сдадим, во многом будет зависеть имидж нашей страны в мире.

К сожалению, приходится признать, что за последние несколько лет имидж нашей страны даже в российском общественном мнении был сильно испорчен. Конечно, большую роль играют в этом предвзятые публикации псевдо-экспертов, которые по тем или иным причинам негативно отзываются о нашей стране. Однако, эти публикации появляются не на пустом месте. В их основе - спекуляции на реальных фактах социального и политического неблагополучия нашей сегодняшней жизни.

Президентские выборы - если они пройдут без соблюдения норм закона и неписанных правил политического поведения - могут стать еще одним поводом для того, чтобы обсуждать якобы несостоятельность нашего государства. И в этом смысле нужно сделать так, чтобы президентские выборы стали не просто чьей-то персональной победой, но и не стали нашим общим поражением.

С добрыми пожеланиями, Тарас Шамба.